Причины заимствования англицизмов в современном русском языке

Изучением причин заимствования иноязычных слов занимались многие лингвисты. Однако выявление причин заимствования проводилось без достаточно четкой дифференциации языковых и внешних, неязыковых причин. Так, в работе Крысина «Иноязычные слова в современном русском языке» указывается, что Э.Рихтер основной причиной заимствования слов считает необходимость в наименовании вещей и понятий [Крысин, 1968, с.12]. Сам процесс языкового заимствования рассматривался им в неразрывной связи с культурными и иными контактами двух разных языковых обществ и как часть и результат таких контактов. Л.П. Крысин же в своей работе выделяет внешние и внутренние (языковые) причины заимствований. К внешним, неязыковым причинам заимствования слов одного языка другим, исследователь относит наличие более или менее тесных политических, экономико-промышленных и культурных связей между народами – носителями языков. К внутренним исследователь относит следующие причины: 1. Заимствования иноязычных слов может происходить вследствие тенденции к устранению полисемии исконного слова, упрощению его смысловой структуры. 2. Тенденция к образованию структурно аналогичных слов или наличие класса слов, структурно однотипных с воспринимаемой лексической единицей. 3. Тенденция к соответствию нерасчлененности обозначаемого понятия с нерасчлененностью обозначающего [там же, с. 21 – 30].
Вслед на Л. П. Крысиным М. А. Брейтер выделяет следующие причины заимствований:
1. Отсутствие соответствующего понятия в когнитивной базе языка-рецептора. В словарь делового человека 90-х годов прочно вошли такие англицизмы, как бэдж, классификатор, ноутбук и его новые разновидности: аудиобук и пауэрбук; органайзер, пейджер и твейджер, холстер, таймер, бипер, скремблер, интерком, шредер, оверхэд, плоттер, сканер, тюнер, тонер, вьюк и другие. Исследователем были отмечены случаи, когда заимствования использовались для обозначения понятий, новых для языка-рецептора и не имеющихся в языке источнике. В языке-рецепторе возникает нужда обозначить “активно пульсирующее” в жизни явление; в своем языке сразу не находится точное слово, но в другом языке (в нашем случае – английском) есть две единицы, которые, соединившись (уже на русской почве) подходят для наименования. То есть здесь мы имеем не столько заимствование, сколько образование нового русского слова из нерусских элементов. Автор приводит пример “англицизма” шоп-тур, который понятен носителям русского языка, но не имеет эквивалента в английском языке, тем самым, его нельзя назвать в полном смысле англицизмом. Данная модель словосложения продуктивна в английском языке и отвечает словообразовательным потенциям в русском языке.
2. Отсутствие соответствующего (добавим – более точного) наименования в языке-рецепторе. М. А. Брейтер отмечает, что около 15% новейших англицизмов заимствуются в связи с отсутствием соответствующего наименования в языке-рецепторе. К ним он относит: детектор (валют), топ-модель, brand name, виртуальный, инвестор, дайджест, спичрайтер, спонсор, спрей. Отмечается, что грань между этой и предыдущей группой размыта, так как в ряде случаев трудно утверждать, является ли данное понятие новым для языка-рецептора, например, инвестор, топ-модель.
Причина заимствования нередко обусловливает функцию англицизма. В случае сосуществования заимствования и исконного или ранее освоенного наименования функция англицизмов заключается в обозначении западной реалии или стилистической маркировке текста, а русские эквиваленты используются для описания русской действительности: “Князь тьмы” – чистой воды хоррор, “Вий” – первый русский фильм ужасов и т. д.
3. Обеспечение стилистического (эмфатического) эффекта.
Эмфатическая функция может быть обусловлена и омофонией, соединяющей межъязыковые смыслы (Ср. ВИНАП – WIN UP). Действие этого фактора нечастое и рассчитано на высокую степень языковой компетенции говорящих.
4. Выражение позитивных или негативных коннотаций, которыми не обладает эквивалентная единица в языке-рецепторе. Автор указывает на то, что среди носителей русского языка распространено представление о том, что иностранные технологии являются более прогрессивными по сравнению с российскими, иностранные банки более надежны, иностранные товары – более высокого качества [Брейтер, 1995, с. 132-135].
Л. П. Крысин акцентирует сферу использования иноязычной лексики и, вместе с этим, социальные моменты:
1. Потребность в наименовании новой вещи, нового явления и т. п.
2. Необходимость разграничить содержательно близкие, но все же различающиеся понятия.
3. Необходимость специализации понятий – в той или иной сфере, для тех или иных целей.
4. Тенденция, заключающаяся в том, что цельный, не расчлененный на отдельные составляющие объект и обозначаться должен “цельно”, нерасчлененно, а не сочетанием слов.
5. Социально-психологические причины и факторы заимствования: восприятие всем коллективом говорящих или его частью – иноязычного слова как более престижного, “ученого”, “красиво звучащего”, а также коммуникативная актуальность обозначаемого понятия [Крысин, 1996, с. 58].
Мы видим, что в основном указываются внутрилингвистические причины заимствования. Мы также упоминали о внешних, экстралингвистических причинах заимствования англоязычной лексики: активизация связей с Западом, изменения в менталитете русскоговорящих людей.
Заимствование англицизмов конца ХХ века отвечает перечисленным выше причинам. А. И. Дьяков в своей научной статье «Причины интенсивного заимствования англицизмов в современном русском языке» говорит о том, что круг новых понятий и явлений, имеющих русское происхождение, ограничен [Дьяков, 2003, с. 34-45]. Поэтому более простым и эффективным считается заимствование уже существующей номинации вместе с заимствуемым понятием и предметом. Так как передовые технологии сконцентрированы на Западе, а английский язык международный, следовательно, русский вокабуляр пополняется в основном за счет англо-американизмов. В связи с распространением в России американских фантастических фильмов, в русском языке появилось два англицизма: киборгизация (cyborgization – замена отдельных органов человека кибернетическими устройствами как научно-техническая проблема) и киборг (cyborg – человек, подвергнутый киборгизации).
Большое разнообразие косметики, неизвестной ранее русскоязычному человеку, стало причиной заимствования из английского языка слов типа: мейк-ап (make up – макияж), консилер (consealer – карандаш-корректор) и т.д.
С появлением новых технических средств русский язык пополнился словами из английского языка типа иммобилайзер (автомобильные сигнализации), триммер (прибор для стрижки усов и бороды), термопот (термос и чайник в одном).
Наряду с ранее заимствованным англицизмом сэндвич в речи русского человека конца 90-х годов функционируют англицизмы: гамбургер, фишбургер, чисбургер, чикенбургер, выполняя дифференцирующую функцию. Лексема сэндвич несет обобщенное значение, в то время как остальные слова данного синонимического ряда конкретизируют значение слова сэндвич: гамбургер (внутри бифштекс), фишбургер (рыба), чисбургер (сыр), чикенбургер (цыпленок).
Сложившаяся на базе английского языка терминология вычислительной техники легко пополняется новыми терминами английского происхождения. Слова сайт, баннер, браузер и другие используются в речи людей, имеющих дело с компьютерами, которых становится с каждым годом все больше. Следовательно, эти англицизмы из сугубо профессиональной сферы переходят в узус многих русских людей.
Многие лингвисты указывают на престижность английского слова в некоторых ситуациях по сравнению с русским. Л. П. Крысин называет такое явление “повышением в ранге”: слово, которое в языке-источнике именует обычный объект, в заимствующем языке относится к объекту, в том или ином смысле более значительному, более престижному и т.д [Крысин, 1996, с.61.]. Так, по мнению Л. П. Крысина, в русском языке название шоп (shop – магазин) приложимо не ко всякому магазину, а лишь к таковому, который торгует престижными товарами.
Экспрессивность новизны – одна из стойких причин заимствования англицизмов как более престижных, значительных, выразительных [Розен, 1991, c.152]. Англицизмы имеют перед русскими синонимами то преимущество, что аттестуют говорящего в социальном плане в определенных сферах более высоко, подчеркивают уровень информированности и претендуют на превосходство определенной группы молодежи, использующей эту лексику.
Мощным толчком для развития процесса заимствования английской лексики является ее употребление в речи авторитетных личностей во время популярных программ. Так, выступая на игре КВН первого сезона 1999 года, руководитель ОРТ употребил слово драйв (“Давно не было такого драйва”) в значении “запал”, “энергетика”. После этого сугубо музыкальный термин стал широко использоваться в студенческой среде.
Со временем актуальность слова может утрачиваться и наоборот, слово, заимствованное в начале века, может достигнуть пика своего употребления в конце века [Крысин, 1968, с. 7-53].
Итак, внешние причины заимствования англицизмов “стыкуются” с внутренними (например, коммуникативная актуальность англо-американизма) через социально-психологические.
В последние годы значительно увеличилось число русскоязычных людей, знающих английский язык. Нередко в речевой ситуации английское слово становится более престижным, чем русское, экспрессия его новизны притягательна, оно может подчеркивать высокий уровень информативности говорящего. Употребление англицизма в речи авторитетного лица (или в рекламе) может стать толчком к его ассимиляции в русской речи.

Updated: 20.08.2017 — 17:36
СЛОВНИК АНГЛІЦИЗМІВ © 2016